Узнавайте больше

Девушка и Смерть

Тяжелая толстая доска пригибает к земле, я страшился упасть, тогда уж точно не сумею подняться, а это сочтут за попытку к бегству, здесь такие, им только дай повод, я собрался с силами и потащился за сверкающим рыцарем, кто бы мог подумать, что под такой блестящей личиной такой темный гад, еще он наверняка Вагнера слушает, балет смотрит, французские коньяки пьет, Набокова полистывает, сволочь извращенная, мне бы только выбраться отсюда, я бы научил тебя свободу любить и Головачева читать, гад…
Мы долго двигались бесконечным коридором, из комнат и кухонь выглядывали любопытные морды, но, наткнувшись на мой горящий взор героя, испуганно вспикивали и пропадали. Цепи громыхают при каждом шаге, а те, что на ногах, еще и грохочут по плитам, звякают, стражники придерживают меня за локти, но вовсе не затем, чтобы не дать упасть, они и сейчас меня страшатся, уроды, как будто я чтото могу, измученный, избитый, жадно хватающий ртом воздух.
Впереди на порог лег яркий солнечный свет. Я преисполнился надеждой, но, когда меня вывели из здания, сердце упало: солнце давно миновало зенит и двигается к закату. Де Жюрминель сделал несколько шагов, картинно развернулся. За мной вышел Осман, гильотинный тесак в кингконговой лапе колышется при каждом шаге, солнце зловеще скачет с широкого лезвия на стены, словно отражается от ряби на воде.
Двор просторен, но напоминает внутренний двор тюрьмы: такие же высокие каменные стены, даже выше, намного выше, под ногами плиты из гранита подогнаны так плотно, что травка не пробьется. В дальнем углу несколько человек упорно рубится на тупых мечах, бьют по чучелу копьями.
Де Жюрминель посмотрел на меня с наслаждением, упиваясь моим видом:
— Ну как тебе мои владения?
— Владения Зла, — ответил я. — Крепко вросло в землю, но… все на свете может быть разрушено.
Он коротко хохотнул:
— Ты прав, я — самое великое Зло на свете… возможно, самое великое.
Я уловил заминку в голосе, спросил быстро:
— А что, был конкурент?
— Нет, не конкурент, — ответил он с удовольствием, — учитель! Вот он был настоящим воплощением Зла, ипостасью Хаоса, аватарой насилия, бесчинств и разбоя, а звали его по праву Темным Властелином, Черным Мастером, Хозяином Смерти… Я им сперва только восхищался, потом долго и неуклюже подражал. Где я просто рубил голову, там он распарывал живот и набивал камнями, где я мог велеть просто повесить, он приказывал вешать так, чтобы жертва чутьчуть доставала до земли… несчастный старался как можно дольше выстоять на цыпочках, а мы хохотали… Честно говоря, скучаю по своему наставнику. Расстались давно, где он сложил свою буйную голову? Больно свиреп был, нещаден, лют, а пытки такие придумывал, что иной раз волосы даже у меня вставали дыбом.
Я содрогнулся, представив себе то чудовище.
— Встретил бы, ему не поздоровилось бы.
Он оживился:
— Его? Если бы встретил, тебя больше не увидели

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35