Узнавайте больше
Челкаш
помогал эволюции, рассекая зубоносов, волк крутился и хватал сверху за черепа, раскусывал и прыгал на следующую.
Когда вся река окрасилась кровью и вроде бы начала выходить из берегов, я крикнул:
— Довольно, пробиваемся дальше!.. Они и так нас задержали!
Последние уцелевшие рыбины трусливо бросились наутек. Я даже успел увидеть, как одни превращаются в толстых карасей, зарываются в ил, другие расплющиваются по песку так, что оба глаза на одной стороне, третьи быстро быстро, вибрируя всем телом, опускаются в песок, выставив только отросток на морде, имитирующий червячка.
Волк снова мчался впереди, я едва поспевал, но все равно дивился эволюции, что сотнями, миллионами лет идет неспешно и величаво, а потом в отдельных критических точках и в критические дни срабатывает механизм перехода количества в качество, происходит мутация, вот так и человечество появилось, вот так и вся Вселенная в результате некой вселенской мутации, что выбила в необъятном хаосе странную упорядоченную структуру из галактик, пространства времени, измерений, иерархии элементарных частиц, и все это начинается, естественно, в Корчме, в таинственной Корчме, откуда все идет…
На ходу оглянулся, с уже отдалившихся деревьев неумело перепархивает через поляну на верхушку соседнего дерева парочка первых археоптериксов, еще даже не ящериц почти что рыб с примитивными крыльями плавниками. Ворон снизился, прокаркал:
— Все, от рыцарей Зла вроде бы оторвались… Ох, Кости Небесные…
Он умолк, я выждал, прокричал раздраженно:
— Ну что там? Чашечку кофе на белые брюки уронил?
Ворон каркнул растерянно:
— Жуки…
— Ну и что?.. Майские или какие нибудь колорадские?
— Нет, но… да вы сами увидите!
На пологом берегу Рогач задрожал, волк обогнал, но на гребне застыл, шерсть дыбом, зарычал, попятился. С треском ломая кусты, в нашу сторону прут, как тяжелые танки, жуки. Самые мелкие — с барана, крупные — с бычка. Блестящие металлом, с механически странными движениями, треск ломаемых ветвей, приподнятые щеточки усов, как называют сяжки, у одних сяжки длинные и суставчатые, как бамбук, у других жесткие, негнущиеся, у третьих вообще швабры, но жуки, как я понимаю, звери тоже хищные и плотоядные…
Ворон прокаркал с высоты:
— Да там их море!.. Это лемминги, да?.. лемминги?.. Никогда их не видел…
Я оглянулся в тоске и страхе, отступать некуда, позади река, вверху по течению Черные рыцари Зла, внизу тоже какая то дрянь, как и на оставленном берегу, так что придется лишь вперед…
Мой меч вылетел из ножен с ликующим звоном, победной песней, поперхнулся и сконфуженно умолк, увидев впереди всего лишь жуков, пусть и слегка переразвитых, словно объевшихся нитратов, пестицидов и прочих биологически активных добавок.
— Надо! — заорал я.
Один из жуков слишком уж выбился вперед, резвый очень, я понесся к нему, меч блеснул в солнечном свет
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35