Узнавайте больше
Тюрьма
м мышам вампирам, выделяют такую слюну, что анестезирует, жертва даже не замечает, что ей прокусили вену и выкачивают кровь…
— Чертовы бабы, — сказал я потрясенно. — Ну и бабы…
Волк спросил настороженно:
— Вы о чем, мой лорд?
— Говорю, что самцы вон цветочками питаются, нектар собирают. А самки… У комаров тоже только самки пьют кровь, не знал?
Волк пробурчал:
— Да я как то не рассматривал половую принадлежность комаров. Меня, кстати, не кусают.
— И меня, — каркнул ворон довольно.
Клюв у него окрасился красным по самый затылок, да и крылья блестят, смазанные моей же кровью, когда он лихо рассекал вампиров жесткими перьями, хватал когтистыми лапами или успевал проткнуть клювом.
— Мой лорд, вы потеряли много крови, — сказал волк угрюмо.
Я прислушался к себе, отмахнулся, стараясь, чтобы голос прозвучал небрежно и не выдавал моего страха:
— Это даже полезно. Раньше вообще отворяли кровь, чтобы омолодить человека, придать ему… э э… бодрости. А сейчас прописывают пиявки. Лучше начинают работать селезенка, спинной мозг…
Ворон вставил саркастически:
— Да и головной тоже. Не так ли, мой лорд?
Раздался жуткий рев. Я не задрожал только потому, что превратился в соляной столб, этот рык что то сделал с моими внутренностями, моим сердцем, что жалко трепыхнулось и остановилось, и даже с кровью, она вообще похолодела и застыла, как смола на морозе. Рык не оглушающий, зверь еще далеко, но в нем царственная мощь, уверенность в силах и своем коронном праве карать и миловать…
— Лев?.. — прошептал я замороженными губами.
— Он самый, — подтвердил волк угрюмо. — Но не простой…
— Волшебный?
— Именно, — ответил волк.
— Как его зовут? — спросил я зачем то.
Волк промолчал, взглянул на ворона. Тот трепыхнул крыльями, признался:
— Я острова не знаю. Но лев, ты прав, не простой. Если бы не здесь, у него было бы грозное имя.
Я лихорадочно старался сообразить, как же уцелеть. Есть звери простые, как просто львы, вепри, медведи, орлы, а есть особые, получившие за свою ужасающую мощь имена, пусть даже по имени местности, где свирепствуют, как, к примеру, Немейский лев, Каледонский вепрь, Лернейская гидра. Все эти особые звери обычно сыновья либо титанов, либо самого Зевса, зачатые по пьяни, как у него нередко бывало, убить такое чудовище — подвиг, даже Гераклу засчитали убийство каждой из таких кошмарных тварей за отдельный подвиг, вообще герои становятся героями не столько за подвиги в рукопашной, сколько за убийство Змея Горыныча, Тугарина, Огненного дракона, Медузы и прочих таких вот… особых, удостоенных личных имен. Вернее, прозвищ.
Из чащи выметнулось длинное тело, похожее на поток расплавленного золота. Я вскрикнул и бросился бежать по направлению к скалам. За спиной послышалось тяжелое жаркое дыхание, я прыгнул на скалу и торопливо, быстрее самой п
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35