Узнавайте больше
Тюрьма
плеча, сел на песок рядом с кувшином. Вид у птахи озадаченный, посмотрел одним глазом, потом другим, это всегда потешно, хотя только сова смотрит двумя глазами по человечьи, пора бы привыкнуть, ворон каркнул:
— Печать самого Самийла… э э… Сулеймана… То бишь Соломона!
— Ну и что? — спросил я.
— Доказательство подлинности, — важно каркнул ворон. — Только царь Соломон тысячами запихивал джиннов в кувшины и бросал в море. К нему ежедневно привозили три телеги кувшинов, а корабль от его дворца отплывал четырежды в сутки. Я эту печать знаю хорошо, он однажды по царской щедрости и на мое крыло поставил печать, а на голову промахнулся, я успел вылететь в окно…
Я нагнулся, взял в руку кувшин. Маловат, вряд ли больше литра поместится, видимо, для джинна это не играет роли, так что для вина готовили большие кувшины, красиво именуемые амфорами, а для камер одиночек вот такие карцеры, чтобы сидел тысячи лет, согнувшись.
— Открывайте! — сказал волк хищно.
— Открывайте, мой лорд, — каркнул ворон. — Ну открывайте же!
Я рассматривал печать внимательно. Эти дети природы еще не знают, что есть такие кувшинчики, что взрываются. Некоторые так взрываются, что оставляют кратер с оплавленными краями и озером кипящей магмы на дне.
— А не рискованно?
Волк изумился:
— Да вы что, мой лорд? Вон Аладдину джинн из кувшина разрешил набрать столько сокровищ, сколько может унести!
— Знаю, — ответил я. — Аладдин не только набрал драгоценностей полные горсти, но и наложил себе в штаны. Однако не все джинны, полагаю, такие…
— Почему?
Ворон рассерженно каркнул:
— Все выпущенные джинны что то да предлагают человеку!.. Либо три желания, либо вечное служение… на худой конец — кучу сокровищ!
Я покачал головой, продолжая рассматривать кувшин.
— Соломон забрасывал их на дно моря тысячами. Если не миллионами, И на берег выносило сотни, если не тысячи. Однако знаем только две три истории, когда выпущенный на свободу джинн награждал освободителя. Что это значит?
Они переглянулись, волк прорычал:
— Остальные держат язык за зубами.
— Вот вот, — сказал и ворон. — Помалкивают. Не иначе и богатые тоже плачут!
Я сказал задумчиво:
— А у меня другая версия. Стоит сорвать печать, как освобожденный джинн мигом все уничтожает вместе с кувшином, чтобы не запихнули обратно. И тут же смывается. Это вроде взрыва… Да это и есть взрыв, джинн — чистая энергия? А когда джинн не успел рвануть, где то один к тысяче… Нет, я при таком раскладе не играю.
— Неправильная версия, — рыкнул волк, но без уверенности.
— Есть разные версии, — согласился я, — моя и… неправильные. Я выбираю верную.
Волк вырыл лапами ямку, я уронил туда кувшин, волк зарыл, повернувшись задом и бросая землю задними лапами. Ворон, обидевшись, полетел далеко впереди, не снижаясь к нам до самого вечера. Уж он то
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35