Узнавайте больше
Тюрьма
лицо, чувственная фигура, но задрапирована в тяжелые одеяния, голова покрыта капюшоном, из под которого выбиваются крупные локоны. Глаза смиренно опущены, голова чуть набок, а руки сложены на животе в христианском жесте смирения и покорности.
— Кто? — прошептал я. — Кто… мог сотворить такое?
Корабль двигался, подгоняемый попутным свежим ветром, капитан вел его уже под углом к белой скале, намереваясь обогнуть, и тут меня тряхнуло снова: за поворотом начали выступать колонны, белоснежные, чистые, каждая колонна в поперечнике с небоскреб, но видно, что сплошной камень… Какие силы вытесали из цельной горы?
Корабль двигался над огромной глубиной. Взгляд легко проникал в глубь чистейшей воды на десятки метров, если не на сотни, гора уходит отвесно, там дальше постепенно темнеет, мне начало казаться, что это чудовищное образование поднимается чуть ли не с самого ядра планеты.
Впереди из синевы проступил камень синего цвета, в нем отверстие, вода плескалась там и лизала стены. Мне камень показался камешком рядом со статуей христианской Венеры и чудовищными колоннами, но мы приближались и приближались, капитан был невозмутим, эти дороги знает, сердце замерло, когда я осознал истинные размеры и камня, и дырочки в нем.
Корабль прошел свободно, от верхушки мачты до свода можно было бы поставить еще два таких корабля, а справа и слева одновременно с нами прошел бы десяток кораблей. Я оглядывался с потрясенным видом, сердце стучало, а дыхание вырывалось из моей груди хриплое, словно я побежал от этой горы бегом.
На краю камешка, справа от дыры, через которую мы прошли, как кот на солнышке устроился, огромный дворец из белого камня. Он красиво контрастировал с синевой основной глыбы, сказочно отражался в прозрачной воде.
— Дворец Искандара Двенадцатого, — прошептал капитан благочестиво. — Чтобы его построить, с той белой горы туда семь тысяч лет возили камень… Но какое чудо выстроили!
— Семь тысяч лет, — повторил я. — Значит, был здесь период стабильной экономики. Семь тысяч лет без потрясений, падений курса, смены династий… Нет, человеку из моей страны такого и представить невозможно!
Капитан сказал сочувствующе:
— Твоя страна довольно мерзкое место, не правда ли?
— Мерзкое, — кивнул я. — Черт бы ее побрал.
Хотя династии могли меняться, мелькнула мысль, это ерунда, у нас вот сменились Рюриковичи на Романовых, никто не заметил разницы, но все прошло без смены религий, внешнеполитического курса, и сейчас идем тем же, хотя уже давно не с Романовыми.
* * *
Кораблик немилосердно раскачивало, сперва мы увидели впереди рассеянный свет, будто море светилось, а потом, когда приблизились, матрос с клотика испуганно закричал. Я поднялся на мостик, долго всматривался, не веря глазам.
В середине круга рассеянного света, даже не круга, а будто из рваной тучи падает большое светлое пятно неправильной формы, виднеется нечто абс
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35