Узнавайте больше

езды.
- Будут, будут вам звезды, не сомневайтесь.
Дрейк Мэнген припарковался перед высотным многоквартирным домом поблизости
от набережной Сен-Клер, что проделывал почти каждую среду с тех пор, как
женился.
Он поднялся на лифте в роскошную квартиру - пентхаус, которую снимал для
своих любовниц. Они время от времени менялись, но квартира всегда была одна
и та же. Поселять там любовниц стало у него как бы традицией. Ему нравилось
втайне думать, что по натуре он традиционалист.
Он ногой закрыл за собой дверь и крикнул:
- Агата!
Интерьер был решен в наидурнейшем вкусе, вплоть до мебели в зебровидную
черно-белую полоску и картин с клоунами по черному бархату на стенах, но
залитое мягким светом пространство благоухало любимыми духами Агаты, терпким
ароматом порока. Одного вдоха было достаточно, чтобы заботы дня забылись как
дурной сон, и Мэнген почувствовал, как забродили в нем соки.
- Агата! Папочка дома!
Молчание.
- Детка! Ты где?
Он скинул пальто на одно из отвратительно полосатых кресел. Дверь в
спальню была чуть приоткрыта, и теплый свет, слабее, чем от свечи, сочился
оттуда.
Значит, она в спальне. Отлично. Не придется терять полвечера на болтовню.
Болтовни ему хватает и дома. Болтовня - это единственное, что ему там
перепадает.
- Что, детка, греешь мне местечко?
Он распахнул дверь.
- Вот умница. Ну, иди к папочке.
Но Агата не подняла головы. Она лежала на спине в шелковой красной пижаме
и смотрела в потолок. Закинутая за голову рука спрятана под светловолосой
гривой. С края кровати свисает нога.
Казалось, она следит за мухой, которая кружила над ее непомерным бюстом.
Ничего подобного. Мэнген видел, как муха приземлилась на кончик длинного
носа Агаты, а та даже не поморщилась. Даже не моргнула.
Он шагнул к ней и тихо позвал:
- Агата?
Позади него захлопнулась дверь. Прежде чем повернуться, Мэнген наконец
заметил дыру в красном шелке пижамной рубашки. Дыра выглядела так, будто ее
прожгли сигаретой, однако с сердцевиной тошнотворного цвета сырого мяса, а
вокруг по красному шелку расползлось пятно еще краснее, чем щелк.
Тот, кто захлопнул дверь у него за спиной, был высок, сухощав, с длинным
шрамом, рассекшим правую скулу, и в перчатках. В руке он держал черный
длинноствольный пистолет, нацеленный прямо в грудь Мэнгену. Сердце
автопромышленника подпрыгнуло и заколотилось в горле. Он почувствовал, что
сейчас задохнется, но, пересилив себя, рявкнул:
- Кто вы, черт побери, такой? Что тут происходит?
Человек со шрамом холодно улыбнулся:
- Можешь звать меня Римо. Сожалею, но пришлось утихомирить твою подружку:
не согласилась сотрудничать. Все рвалась вызвать полицию.
- Да я вас даже не знаю... Почему вы..

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36