Узнавайте больше
И. И. Скворцов
во разрезает форштевнем ажурные, как в мультипликации, волны, и только на четвертый день небо затянули тучи, волны пошли огромные, как горы, но спокойные. Корабль неторопливо взбирался на такой холм, там замирал на миг, затем стремительно соскальзывал с водяной горки. Всякий раз сердце у меня замирало, там впереди пропасть между горами воды, и если не удастся задрать нос…
Но корабль всякий раз начинал вползать на следующую, наконец я просто устал бояться, не привык, а смирился, отупел, а на пятый день плавания снова море успокоилось, волны пошли мелкие, частые, с белыми кружевами, как на чепчиках горничных.
Я устал сидеть без дела в крохотной каюте, на палубе хоть могу созерцать работу матросов, тоже занятие, так и созерцал, пока не услышал вопль с клотика, это такая плетеная корзинка на верхушке самой высокой мачты:
— Змей!.. Морской Змей!
Я содрогнулся всем телом, о Морском Змее наслышаны все. Это святых своих не помним, такая вот мы христианская страна, а Йормунганда из Мидгарта, сына Локи, знаем все, как и всю его родню.
В километре слева по борту из волн высунулись две головы, похожие на черепашьи, разве что размером с туши взрослых бегемотов. Шеи приподняли их, как перископы. Я встревожено оглянулся на Ирунгу, тот с двумя матросами быстро разворачивал нечто блестящее, еще один вертел ворот, натягивая тетиву толщиной с тросик, которым вытягивают застрявшие автомобили. Головы мощно вспенивали воду, похожие на глиссеры, корабль догоняют с легкостью, я с трепетом старался представить, какие же у этих чудовищ тела, побольше нашего корабля, и даже если не плотоядные, то могут перевернуть корабль и затопить просто так, чтобы ничто не плавало в их водах, не охотилось, не распугивало вкусную рыбу.
— Он что, — крикнул я, — двухголовый?
Мне никто не ответил, капитан заорал, указывая на плывущие головы:
— Быстрее! Ирунга, целься в мужика! В мужика целься!
— Да я не разберу, — выкрикнул Ирунга. — У меня что то с глазами…
— Не надо было заливать вчера, идиот!.. Вон тот слева!
— Ах да, ну конечно же, который слева…
Я хотел напомнить, что Ева создана из левого ребра, так что баба может оказаться как раз слева, но капитан, похоже, исходит из того, что любой мужик и в любом виде старается увильнуть налево. Ирунга нажал рычаг, тетива соскочила, раздался сухой щелчок. В ушах зазвенело, будто рядом умелый пастух звонко ударил кнутом.
Стрела исчезла, я не успел проследить ее полет, две головы чудовищ разом дернулись. В одной из шей появилась торчащая стрела. Я зябко ежился, ну что даст эта стрела, просто комариный укус, чудовище тоже так вроде бы думало, а потом опомнилось и жутко взревело. Что значит, нервный импульс быстро добежал до головы, все доложил, но, чтобы взреветь, пришлось бежать до легких, а они кто знает на какой километровой глубине.
— Что то не получилось… — проговорил капитан встревожено.
— Не долж
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35