Узнавайте больше
На живца
и раз. А то, что сейчас мы не на Гаити, а в непонятной и непредсказуемой России... Мы её поставим в нужную нам позу, она станет понятной и предсказуемой!
Коммандос захохотали. Голоса их были грубые, полные силы и мужской звериной мощи. Улыбался отечески и Ковалеф. Он любил этих солдат, простых и даже очень простых, с хорошими реакциями, доведёнными до автоматизма. Во всем как в рукопашном бою, так и в житейских ситуациях, где всё упрощено, чтобы легче программировать, предсказывать, управлять, создавая идеально слаженную государственную машину под звёздно полосатым флагом.
Солдаты хохотали, генерал хохотал, довольный и краснорожий... Затем его лицо смялось в один кратчайший миг. Переносица исчезла, словно её вбил в череп невидимый кулак. Из затылка выплеснулись красные струи вперемешку с кусками кости, прилипшими волосами.
Мгновение он стоял на ногах, уже мёртвый, с такой дырой в голове, что пролез бы танковый ствол. Смех застыл на губах десантников, они ещё смотрели на генерала, не веря глазам, и эта крохотная заминка стоила жизни ещё одному: пуля ударила в стриженый затылок.
Остальные рухнули, кто где сидел, расползлись за укрытия, спешно начали отстреливаться, держа на прицеле стену тёмного недоброго леса. Зибельман нашёлся первым, в кувырке ушёл далеко в сторону, прыгнул в бронетранспортёр, тот взревел и через две секунды пронёсся по месту трапезы. Полевая кухня отлетела в сторону, наваристый суп потёк через края широкой жирной струей.
Бронетранспортёр оказался между залегшими коммандос и лесом, лейтенант Браузерс выкрикнул команду, солдаты под защитой брони перебегали, подхватывали оружие, защитные костюмы.
Выкурим этого ублюдка! прокричал Ляхич люто. Даже если захватим живым... живым не довезём!
Едва все сиденья оказались заняты, Зибельман развернул боевую машину, из под колёс полетела грязь. Тёмная стена распалась на толстые деревья, тёмно зеленая хвоя опускается почти до земли, граница между лесом и нелесом проведена чётко, словно это два разных мира разных планет.
Ляхич первым прыгнул через борт, чутье подсказало, что стрелять в них не будут, упал, перекатился под защиту толстого упавшего дерева. Рядом плюхались тяжёлые тела, кусты трещали, слышалось хриплое дыхание.
Вперёд! прикрикивал вполголоса Браузерс. Не дайте ублюдку уйти!
Прикрывая друг друга, вламывались в чащу, залегали, продвигались перебежками. Ляхич первым обнаружил место, откуда стреляли. Террорист вовсе не пытался скрыть следы: в сырой земле отпечатались ямки от локтей и колен, даже видно, где ёрзал пузом. Ни одной стреляной гильзы, из чего Ляхич с суеверным ужасом понял, что здесь всё ещё тот древний век, когда охотники сами набивают гильзы, сами отмеряют порох, сами готовят пули, отливая их из свинца в пластмассовых крышечках из под духов или микстур... если тут знают, что такое духи или микстуры.
Догнать, велел он хриплым от бешенства голосом. Никаких арестов! У
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35